Ленинградская область

Будут ли обезврежены красные шламы Бокситогорска?

01.11.2016


«Красный Бор» для Ленобласти – тема наслышанная. А вот проблема красных шламов Бокситогорска – отходов алюминиевого производства  -  особенно не афишируется. Но, как бы собственник предприятия - ОАО «Русал», и местные власти не замалчивали факт существования «химической мины», ее взрыв будет иметь не менее оглушительные последствия, нежели авария в Красном Бору.


Еще в 2010 году это поняла группа местных специалистов, взявшихся за поиск  технологий по переработке красных шламов. И добилась впечатляющих результатов. Однако пока  никто не спешит браться за ликвидацию экологической угрозы. 
О ситуации в Бокситогорске – член Союза журналистов СПб и Ленобласти  Вячеслав КИРНОС.


Шламо-щелочная мина

 

Летом 2010 года на Бокситогорском глиноземном заводе (ОАО "РУСАЛ Бокситогорский глинозем") произошла утечка токсичных отходов. Из-за отключения электроэнергии  перестали работать насосы, перекачивающие щелочную воду из отводных труб обратно в хранилище, и она в течение нескольких часов поступала в речку Воложба. В реке всплыла рыба. Превышение железа, алюминия и сульфатов были зафиксированы и в 30 км ниже по течению. Но особого шума эта история не наделала, никто за нее так и не ответил.  


Зато весь мир в октябре того же года следил за экологической катастрофой в Венгрии, когда из хранилища завода Ajkai Timfoldgyar в городе Колонтар, в 160 км к юго-западу от Будапешта, вылилось около 1 млн. кубометров красных шламов. Затопленными оказались территории трех областей, токсичные отходы попали в Дунай. В районе бедствия венгерскими властями было объявлено чрезвычайное положение. 


Но венгерская авария, по сравнению с тем, что угрожает Ленобласти - мелочи. Поскольку в Бокситогорске хранится не один, а 10 - 12 млн кубометров шламо-водяной токсичной пульпы. Случись над городом небесный потоп, не дай Бог, переполнится шламохранилище, тогда девятый вал ядовитого, высоко концентрированного щелочного рассола накроет окрестности, а по рекам Воложба, Сясь докатится до Ладоги и Невы …


Последствия трудно себе представить. 

 

Золото – из токсичного рассола? 

 

Венгерская трагедия 2010 года послужила сигналом для группы специалистов Ленинградской области, решивших взяться за разработку технологий по ликвидации отходов глиноземного производства. Уже через два года они предложили способ переработки красных шламов путем переплавки в плазменно дуговых печах. 


Что особенно ценно, в процессе опытных плавок были получены уникальные по своим свойствам синтетический  чугун (синтегаль) и стали, подтверждена возможность получения из образующихся после плавки шлаков цементов высоких марок. Кроме того, используя и белитовые (нефелиновые) шламы Пикалёва можно получать  белую сажу, огнеупорные цементы, минеральные удобрения и другие материалы.  Выяснилось, что из красных и нефелиновых шламов можно получить  металлы с любыми заданными свойствами, ферросплавы, титан, и, попутно, без выщелачивания, редкоземельные, иные  ценные металлы и сплавы, вплоть до золота и платины.


 При этом именно шламохранилища Бокситогорска и Пикалёва, по оценке экспертов, имеют самый высокий индекс авариной угрозы для Ленинградской области, а также Ладожского и Онежского озер. То есть с ликвидации именно этих объектов следует начинать процесс. Вместе с тем предложенные технологии годятся для обезвреживания фосфогипсовых шламов Волхова, шламовых полигонов Сланцев, Кигисеппа, Киришей… Всего в регионе сегодня находятся до 15 шламонакопителей, каждый из которых представляет собой зону экологического неблагополучия. 


Цель - ликвидация шламовой опасности 


Понятно, что переработка многих миллионов тонн  - дело непростое. Для этого в Ленобласть необходимо привлечь бизнес, создать технологическую инфраструктуру, производственную базу, новые рабочие места и т.д. и т.п. Словом, разработчики проекта, предложили создать в нашем регионе «… технологическую площадку и кластер утилизации промышленных отходов глиноземного и других производств в Ленинградской области» - цитата из письма от 16.10.2014 авторов проекта к губернатору Ленобласти Александру Дрозденко. 


Вот еще выдержка из того же письма: «Следующим этапом станет расширение производства за счет переработки до 900 тыс. тонн отходов ежегодно, что потребует создания дополнительных производственных мощностей, закупки дополнительного новейшего оборудования и реализации мер по обеспечению каналов сбыта получаемой в результате продукции кластера. Однако именно такой объем переработки может реально обеспечить решение экологических проблем, связанных с огромной массой накопленных производственных отходов в Ленинградской области. 


В свою очередь все это усилит роль кластера в экономике муниципальных территорий и региона. Обеспечит реализацию Концепции использования вторичных материальных ресурсов Ленинградской области. Использование вторичного сырья – это то, что позволит финансово поддерживать обеспечение экологической безопасности и ликвидацию  накопленных запасов производственных (а в дальнейшем) и бытовых отходов, что и является основной целью проекта».


Наука одобрила   

 

Очевидно - столь масштабный проект не могла осилить небольшая группа специалистов. К работе были привлечены передовые НИИ, разработчики кластерных решений, патентные структуры, экологи. Разработаны и опробованы уникальные технологии  плазменно-дуговой плавки, не имеющие  мировых аналогов. На научные изыскания,  опытные работы, экономические расчеты ушло  пять  лет, потрачено  более 30 млн. руб. собственных и заемных средств и – ни копейки бюджетных денег. 


Состоятельность технологий подтверждена десятками заключений и экспертиз авторитетных научных и производственных учреждений. Назовем лишь некоторые из них:  Исследовательский центр ферросплавов и переработки техногенного сырья им. академика Н.П.Ляпишева,  ФГУПчермет им. И.П.Бардина, ЗАО «Гипроцемент-Наука», НИИ электросварки им. Е.О.Патона УАН (Киев),  Санкт-Петербургский научно-исследовательский центр экологической безопасности  Российской Академии Наук (НИЦЭБ РАН), ОАО «Ленгипромез» и другие.   


Кто жмет на тормоза


Однако продвижение проекта искусственно тормозится. В письме Владимиру Путину от 2014 года от группы депутатов Госдумы, до которых  дошли наши областные разработчики, стоит резолюция президента РФ об оказании содействия через Федеральный Центр проектного финансирования (ФЦПФ). Центр готов  выделить до 200 млн. рублей на проектно-сметную документацию (ПДС), но требует письмо о поддержке проекта от правительства Ленинградской области за подписью губернатора или его заместителя. 


А вот эти подписи инициаторы не могут получить без наличия ПСД – проектно-сметной документации. Получается, ФЦПФ не дает денег на ПСД без подписи руководителей региона. Последние не подписывают письмо без ПСД. Такой вот замкнутый круг. 
Государство бездействует 


Между тем, вероятность небесных потопов с каждым годом все больше - количество погодных аномалий растет. Есть еще и технологический момент, увеличивающий риски аварии.  Венгерское шламохранилище было высотой 16 метров, как и положено по регламенту подобных сооружений. Кроме того, ограничено бетонными стенами толщиной больше 10 метров. Наши же умельцы из РУСАЛа (собственник Олег Дерипаска) умудрились довести высоту шламохранилища до 50-ти метров, сделав его, вопреки всем нормам, самым высоким в мире! И обошлись без бетонного ограждения - напор пульпы держит стенка дамбы из того же шлама. (Фото 1) 


Это пример того, как большой бизнес экономит на экологии и безопасности населения, а государство в лице своих надзорных органов и региональных чиновников, бездействует. Вот вам и условия, создающие почву для будущих техногенных аварий и катастроф…


    
Фото 1: Наши умельцы из РУСАЛа умудрились довести высоту шламохранилища до 50-ти метров, сделав его, вопреки всем нормам, самым высоким в мире!

 


Фото 2: Как и в Красном Бору, шламохранилище в Бокситогорске находится под открытым небом, постоянно пополняясь за счет

природных осадков. Зеркало этого озера поднято на 50 метров над поверхностью земли.


Фото автора

 

Дополнительные ссылки

Темы: